Как меняется речная энергетика с появлением новых ГЭС

Речная энергетика переживает заметную перестройку. Еще недавно новую гидроэлектростанцию чаще всего описывали через установленную мощность, объем выработки и количество бетона в плотине. Сегодня такой подход слишком узок.

ГЭС становится частью большой системы, где одновременно учитываются устойчивость энергоснабжения, состояние речного бассейна, интересы городов и промышленности, безопасность плотины, судоходство, рыбное хозяйство и даже скорость обмена данными между диспетчерскими центрами.

Для информационных агентств тема особенно важна: строительство и модернизация ГЭС затрагивают не только энергетику, но и региональную политику, инвестиции, тарифы, экологические споры и качество жизни.

В новостях одна и та же станция может выглядеть по-разному: для энергосистемы это источник маневренной мощности, для жителей нижнего бьефа - изменение режима воды, для бизнеса - новый фактор надежности, а для ученых - крупный эксперимент над речным бассейном.

Поэтому изменения в речной энергетике нужно рассматривать не как простое увеличение числа турбин.

Меняется сама логика развития отрасли: крупные проекты соседствуют с малыми ГЭС, цифровыми системами управления, накопителями энергии и программами восстановления рек.

Ниже разобраны ключевые направления, которые определяют облик новых гидроэлектростанций и их влияние на регионы.

От больших плотин к комплексному развитию речных бассейнов

Классическая модель гидроэнергетики строилась вокруг крупного водохранилища. Плотина перекрывала реку, создавался запас воды, а станция получала возможность вырабатывать электроэнергию по графику. Такая схема позволила сформировать мощные энергосистемы, обеспечить водой промышленные центры и снизить зависимость от сезонных колебаний производства.

Но у нее есть обратная сторона: затопление территорий, переселение населения, изменение температурного режима воды, нарушение миграции рыбы и сильная зависимость всего бассейна от решений оператора одной плотины.

Новые проекты все чаще оценивают не изолированно, а в рамках всего речного бассейна. Перед началом строительства анализируют, как станция повлияет на уже действующие ГЭС, водозаборы, сельское хозяйство, судоходные участки и природоохранные зоны.

Важен не только вопрос "сколько мегаватт даст объект", но и то, как изменится движение воды на сотни километров выше и ниже по течению.

Практика комплексного планирования меняет и содержание публичных сообщений.

В информационных материалах теперь требуется указывать не одну цифру мощности, а набор параметров: объем водохранилища, полезный и экологический сток, площадь затопления, режим холостых сбросов, наличие рыбозащитных сооружений и сроки поэтапного ввода.

Без этого сообщение о новой ГЭС выглядит неполным и может создать ложное впечатление о выгодах проекта.

В бассейне с несколькими станциями особое значение приобретает каскадный режим. Верхняя ГЭС может сглаживать пики притока, а нижняя - использовать воду более равномерно.

При грамотной координации повышается отдача всей системы без пропорционального роста установленной мощности. Но ошибка на одном объекте быстро передается другим: резкий сброс воды, аварийное ограничение или неверный прогноз притока способны нарушить работу каскада.

• планирование водохозяйственного баланса на несколько сезонов;
• согласование режимов выработки между станциями каскада;
• учет интересов населения, промышленности, аграрного сектора и природы;
• публичный мониторинг качества воды и состояния берегов;
• подготовка сценариев на случай маловодья, паводка и аварийных ограничений.

Для регионов такой подход означает постепенный переход от "объекта энергетики" к "инфраструктурному узлу".

Вокруг ГЭС могут развиваться дороги, линии связи, ремонтные предприятия и системы водоснабжения.

Одновременно возрастает ответственность: станция становится частью критической инфраструктуры, а значит, решения по ее эксплуатации должны приниматься с учетом гораздо большего количества данных.

Особенно заметна эта тенденция в районах, где река уже активно используется. Если построить новую станцию без оценки кумулятивного воздействия, можно получить конфликт между энергетикой и судоходством либо между производством электроэнергии и санитарным стоком.

Для новостной журналистики это означает необходимость проверять не только пресс-релиз застройщика, но и документы по всему бассейну.

Какими становятся новые гидроэлектростанции

Современная ГЭС не обязательно выглядит как гигантская бетонная плотина с огромным водохранилищем. В отрасли развиваются русловые станции, деривационные комплексы, низконапорные установки, малые ГЭС на существующих гидроузлах и объекты, использующие уже созданную инфраструктуру.

Их общая особенность - стремление уменьшить объем нового строительства и точнее подстроить проект под местные условия.

Русловые станции работают при сравнительно небольшом перепаде уровней. Они могут иметь более умеренное воздействие на территорию, поскольку не требуют создания гигантского водохранилища. Однако их выработка сильнее зависит от естественного стока.

В засушливый или маловодный год станция выдает меньше электроэнергии, и этот риск приходится учитывать в общей системе.

Деривационные ГЭС отводят часть воды по каналу, тоннелю или трубопроводу к зданию станции, где создается нужный перепад.

Такой вариант подходит для горных районов, но требует сложного строительства, прокладки дорог, защиты сооружений от оползней и контроля за руслом между водозабором и местом возврата воды.

В новостях подобные проекты нередко называют малозаметными, хотя их инженерная и экологическая сложность может быть очень высокой.

Отдельное направление - реконструкция старых гидроузлов. Замена турбин, генераторов и систем автоматики способна увеличить выработку без строительства новой плотины.

Иногда модернизация повышает коэффициент полезного использования воды на несколько процентов, а для крупного каскада это означает заметный дополнительный объем электроэнергии в год. Важен и эффект надежности: современное оборудование снижает число внеплановых остановок.

Для информационных агентств принципиально важно не смешивать все проекты в одну категорию. Сообщение о новой малой ГЭС в горном поселке и запуске крупной станции в промышленном регионе должно содержать разные акценты.

В первом случае речь идет о надежности локальной сети и сокращении дизельной генерации, во втором - о балансировании большой энергосистемы и изменении водного режима.

Есть и техническая тенденция к модульности. Производители предлагают турбины разных типоразмеров, компактные системы управления и оборудование, которое можно устанавливать на существующие водосбросы или малые перепады. Это ускоряет проекты, но не отменяет базовых исследований.

Даже компактная станция должна пройти оценку устойчивости русла, пропускной способности паводка и влияния на рыбные ресурсы.

Энергосистема получает больше гибкости

Главная ценность гидроэнергетики сегодня заключается не только в количестве произведенных киловатт-часов. ГЭС способна быстро менять нагрузку, реагируя на колебания спроса и аварийные ситуации.

Именно поэтому станции становятся важным партнером для солнечной и ветровой генерации, чья выработка зависит от погоды и времени суток.

Когда производство на солнечных электростанциях резко падает вечером, гидроагрегаты могут оперативно увеличить отдачу мощности. Если ночью потребление сокращается, станция снижает нагрузку и сохраняет воду для последующего периода.

При наличии водохранилища ГЭС фактически получает роль крупного естественного накопителя энергии, хотя это не означает полного отсутствия потерь и ограничений.

В энергосистемах с растущей долей возобновляемых источников особенно важны скорость набора мощности и диапазон регулирования. Новые агрегаты проектируют так, чтобы они устойчиво работали при частых изменениях нагрузки.

Меняются и алгоритмы диспетчеризации: программа учитывает не только текущий спрос, но и прогноз ветра, солнечной радиации, осадков, температуры и притока воды.

Связка ГЭС с другими технологиями становится заметнее. На отдельных объектах рассматриваются аккумуляторные системы, солнечные панели на хозяйственных площадках, ветровые установки в зоне водохранилищ и обратимые гидроагрегаты.

Последние могут работать в насосном режиме, перекачивая воду в верхний бассейн, когда электричества в сети много, и возвращать энергию в часы пикового спроса.

• гидроагрегаты компенсируют быстрые изменения нагрузки;
• водохранилища помогают переносить выработку между часами суток;
• цифровой прогноз притока снижает риск неоптимального сброса воды;
• накопители уменьшают число резких переключений оборудования;
• единый диспетчерский контур связывает ГЭС с солнечными и ветровыми объектами.

Однако гибкость не бесконечна. У станции есть минимально допустимая нагрузка, ограничения по скорости изменения мощности и требования к безопасному пропуску воды.

Частые маневры ускоряют износ оборудования, поэтому экономический эффект необходимо сравнивать с затратами на обслуживание и ремонт. Простая формула "ГЭС быстро регулирует сеть" не отражает всей картины.

Для читателей информационного агентства полезно объяснять разницу между мощностью и выработкой. Мощность показывает, сколько электроэнергии станция может выдавать в конкретный момент, а выработка - сколько произвела за период.

ГЭС может иметь высокую мощность, но работать ограниченное число часов, сохраняя воду для пиковых режимов. Такой объект ценен не только объемом генерации, но и вкладом в устойчивость сети.

Цифровизация меняет управление плотинами и турбинами

Новые ГЭС становятся цифровыми объектами. На турбинах, генераторах, затворах, трансформаторах и береговых сооружениях устанавливаются датчики, которые непрерывно фиксируют вибрацию, температуру, давление, расход воды и состояние металлоконструкций.

Данные передаются в диспетчерские центры, где специалисты отслеживают отклонения от нормального режима.

Одно из наиболее практичных направлений - предиктивное обслуживание. Система сравнивает текущие показатели с историческими данными и сигнализирует, если поведение агрегата меняется. Например, небольшой рост вибрации может указывать на износ подшипника или нарушение баланса рабочего колеса.

Раннее обнаружение позволяет запланировать ремонт, а не останавливать блок в самый неподходящий момент.

Цифровые модели помогают управлять водохранилищем. В них объединяются сведения о снегозапасах, осадках, температуре, влажности почвы и прогнозах погоды. Алгоритм рассчитывает несколько сценариев притока и предлагает режим работы затворов.

Окончательное решение остается за специалистом, но скорость анализа увеличивается, а число случайных ошибок снижается.

Большую роль играют дистанционные методы наблюдения. Спутниковые снимки позволяют оценивать площадь затопления, состояние берегов и динамику растительности.

Беспилотники обследуют труднодоступные участки плотин, линии электропередачи и зоны возможных оползней. Роботизированные комплексы могут осматривать подводные элементы, где работа водолаза связана с риском.

Цифровизация создает и новые риски. Чем больше процессов связано с информационными системами, тем важнее защита от несанкционированного доступа, подмены данных и отказа каналов связи.

ГЭС относится к критической инфраструктуре, поэтому ее цифровой контур должен иметь резервирование и изоляцию наиболее опасных функций.

В новостных сообщениях о цифровой ГЭС не стоит ограничиваться общими словами об искусственном интеллекте. Нужно уточнять, что именно автоматизировано: прогноз притока, диагностика оборудования, управление затворами или документооборот.

Такой подход помогает отделить реальное технологическое обновление от рекламной формулировки.

Экологические требования становятся жестче

Любая новая ГЭС меняет реку, даже если площадь затопления невелика.

Плотина нарушает непрерывность русла, изменяет скорость течения и задерживает часть наносов. Водохранилище влияет на температуру воды, растворенный кислород и условия для водных организмов.

Ни один технологический проект не может полностью убрать эти факторы, поэтому задача заключается в снижении и контроле воздействия.

Один из главных вопросов - миграция рыбы. Традиционные рыбопропускные сооружения работают по-разному и зависят от вида, скорости течения и конструкции гидроузла. Для отдельных рек применяются обходные каналы, подъемники, специальные лотки и системы привлечения рыбы к входу.

Эффективность нельзя оценивать только по факту наличия рыбопропуска: нужны наблюдения, маркировка, подсчет проходящих особей и корректировка режима работы.

Не менее важен экологический сток - объем и график воды, который должен сохраняться в русле ниже плотины. Если сброс становится слишком малым или меняется рывками, страдают пойменные экосистемы, нерестилища и водозаборы.

Современные регламенты постепенно переходят от единственной минимальной цифры к сезонному графику, учитывающему нерест, паводковые процессы и потребности речной биоты.

Водохранилище может удерживать наносы, из-за чего ниже плотины меняется состав дна и усиливается размыв берегов. Этот эффект способен проявиться не сразу, а через годы. Поэтому мониторинг должен быть долгосрочным.

Если исследование заканчивается в день ввода станции, оно не позволяет понять реальные последствия.

• оценка состояния реки до начала строительства;
• контроль температуры, кислорода, мутности и химического состава воды;
• наблюдение за рыбными популяциями и нерестовыми участками;
• обеспечение сезонного экологического стока;
• проверка устойчивости берегов и динамики донных наносов;
• публичная публикация результатов мониторинга.

В экологической повестке появляются и новые инструменты. На некоторых объектах применяются турбины, рассчитанные на более щадящий проход рыбы, автоматические системы контроля качества воды и дистанционные станции наблюдения.

Но оборудование само по себе не решает проблему. Если режим эксплуатации не соответствует природным условиям, даже современная турбина не обеспечит экологический баланс.

Информационные агентства должны особенно внимательно работать с двумя крайностями. Первая - утверждение, что ГЭС абсолютно безвредна, что не соответствует реальности. Вторая - описание любого гидроузла как экологической катастрофы без анализа масштаба и конкретных данных.

Профессиональная подача требует разделять подтвержденные последствия, прогнозы и позиции заинтересованных сторон.

Малые ГЭС получают новые задачи

Малая гидроэнергетика развивается не только как уменьшенная копия большой. Ее роль часто связана с энергоснабжением удаленных поселков, промышленных площадок, туристических объектов и сельскохозяйственных предприятий.

Там, где строительство длинной линии электропередачи обходится дорого, локальная станция может повысить надежность сети и сократить расходы на доставку топлива.

Особый интерес представляют объекты на уже существующих плотинах, каналах, водосбросах и системах технического водоснабжения. В таком случае не требуется создавать новое крупное водохранилище, а строительные работы можно ограничить существующей инфраструктурой.

Однако гидрологические и экологические проверки все равно необходимы: даже небольшой агрегат меняет режим забора и возврата воды.

Малые ГЭС особенно полезны в гибридных системах. Вместе с солнечными панелями, ветровыми установками и аккумуляторами они формируют микросети. В сухой и ясный день нагрузку берет на себя солнечная генерация, ночью или при облачности помогает гидроагрегат, а батарея сглаживает кратковременные перепады.

Такая схема снижает зависимость от дизельных электростанций.

Но экономика малой ГЭС часто сложнее, чем кажется. Стоимость проектирования, дороги, подключения к сети и экологических процедур распределяется на небольшую мощность.

Поэтому срок окупаемости может оказаться длительным. Финансовая устойчивость зависит от тарифа, доступности льготного финансирования, удаленности объекта и цены альтернативного топлива.

Нельзя забывать о старых малых станциях. Часть из них построена десятилетия назад и требует обследования, замены автоматики, ремонта каналов и пересмотра правил безопасности. Иногда дешевле восстановить существующий объект, чем строить новый.

Для региона это также способ сохранить рабочие места и инженерные компетенции.

В новостной повестке малая ГЭС часто появляется из-за локального конфликта: жители опасаются изменения уровня воды, рыбаки говорят о перекрытии проходов, а инвестор обещает новые рабочие места.

В таких случаях полезно показывать весь баланс - мощность объекта, число потребителей, режим работы, затраты на подключение и обязательства по экологическим мероприятиям.

Климатические риски заставляют пересматривать расчеты

Гидроэнергетика напрямую зависит от воды, поэтому изменение климата влияет на нее сразу по нескольким направлениям.

В одних регионах растет вероятность сильных паводков, в других увеличивается продолжительность маловодных периодов. Меняются сроки таяния снега, структура осадков и температура воды.

Проект, рассчитанный только на исторические данные, может оказаться менее надежным, чем предполагали разработчики.

Паводок создает двойную проблему. С одной стороны, в водохранилище поступает больше воды и появляется возможность увеличить выработку. С другой - необходимо безопасно пропустить поток, не допустить переполнения и защитить населенные пункты ниже плотины.

Чем выше экстремальный расход, тем важнее резерв пропускной способности и исправность затворов.

Маловодье снижает выработку и ограничивает возможность регулирования. Если оператор будет долго поддерживать высокий отпуск электроэнергии, водохранилище быстро потеряет запас.

Поэтому в новых правилах все чаще применяют сценарное планирование: заранее определяют, какие ограничения вводятся при снижении притока и как распределяется вода между энергетикой, водоснабжением, судоходством и природными потребностями.

Климатические расчеты учитывают не только средние значения.

Гораздо важнее крайние события: редкий, но очень сильный паводок, длительная засуха, внезапное образование заторов льда, экстремальная жара или лесные пожары в бассейне. Каждый такой фактор может повлиять на безопасность сооружений и качество воды.

• обновление гидрологических рядов с учетом новых наблюдений;
• моделирование нескольких сценариев изменения притока;
• проверка пропускной способности водосбросов;
• создание резервов для длительного маловодья;
• защита оборудования от жары, льда и задымления;
• регулярный пересмотр планов гражданской защиты.

Для инвестора климатический риск превращается в финансовый. Меньшая выработка снижает доход, а экстремальный паводок увеличивает расходы на ремонт и страхование.

Банки и страховые компании начинают внимательнее смотреть на гидрологические сценарии, а не только на стандартные технико-экономические показатели.

В информационных публикациях важно уточнять, на какой период рассчитан прогноз и насколько он неопределен.

Фраза "станция обеспечит стабильную генерацию" требует пояснения: речь может идти о среднем многолетнем значении, гарантированной мощности в отдельные часы или способности станции быстро включаться. Эти понятия нельзя подменять друг другом.

Экономика проектов выходит за пределы продажи электроэнергии

Новая ГЭС приносит доход не только через продажу произведенной энергии. Она может участвовать в рынке мощности, оказывать системные услуги, обеспечивать пропуск паводковых расходов, снабжать водой промышленность и население, поддерживать судоходные уровни.

В отдельных случаях экономическая ценность станции связана с развитием целого региона, а не с одной строкой в финансовой модели.

При этом крупный гидроэнергетический проект требует значительных начальных вложений. В смету входят изыскания, дороги, тоннели, плотина, здание станции, линии электропередачи, переселение жителей, компенсационные мероприятия и многолетний экологический мониторинг.

Отклонение сроков строительства на один сезон может привести к росту стоимости из-за удорожания материалов, кредитов и логистики.

Модернизация обычно дешевле нового строительства, но и здесь есть подводные камни. Старые чертежи могут не соответствовать фактическому состоянию сооружений, а оборудование разных поколений трудно объединить в единую систему управления.

В период замены агрегатов часть мощности недоступна, и энергосистема должна компенсировать этот вывод.

Новые правила рынка постепенно повышают значение гибкости. Станция, способная быстро реагировать на дефицит мощности, может получать дополнительный доход. Но частые переключения увеличивают износ, поэтому оператору нужно сопоставлять цену системной услуги с будущими затратами на ремонт.

В этом и заключается переход от простой продажи энергии к продаже надежности и управляемости.

Для местных бюджетов важны налоги и занятость, но ожидания необходимо проверять. На этапе строительства число рабочих мест может быть высоким, а после запуска постоянный штат станции окажется сравнительно небольшим.

Поэтому честный анализ должен различать временный строительный эффект и долгосрочные изменения экономики.

Информационное агентство может дать читателю больше пользы, если указывает стоимость проекта, источники финансирования, предполагаемый срок окупаемости и объем обязательных экологических расходов.

Без этих данных новость о вводе станции остается церемониальным сообщением, хотя общественный интерес обычно связан именно с последствиями для региона.

Безопасность и взаимодействие с населением

Безопасность гидротехнических сооружений остается базовым условием развития отрасли.

Плотина, водосброс, береговые укрепления и тоннели должны выдерживать расчетные нагрузки, а персонал - понимать, как объект поведет себя при нестандартном сценарии.

Речь идет не только о прочности бетона, но и о системах оповещения, резервном электропитании, связи и регулярных тренировках.

Новые технологии помогают контролировать деформации сооружений. Геодезические станции, датчики давления, спутниковая радиолокация и автоматические системы наблюдения фиксируют даже небольшие изменения.

Важно не просто собирать показатели, а связывать их с процедурами реагирования. Датчик, который отправляет тревожный сигнал без понятного алгоритма действий, не обеспечивает безопасность сам по себе.

Население должно получать ясную информацию о границах возможного затопления, маршрутах эвакуации и порядке оповещения. Такие сведения нельзя прятать в сложных технических документах. Для жителей важны простые ответы: что делать при сирене, где находится безопасная зона, как действовать во время паводка и кто отвечает за связь с муниципалитетом.

Общественные слушания становятся не формальной процедурой, а инструментом управления рисками. Жители часто знают особенности реки лучше проектировщиков: где появляется ледовый затор, какой берег размывает после дождей, где проходит лодочный маршрут или расположено сезонное пастбище.

Эти сведения могут повлиять на конструктивные решения и режим эксплуатации.

• независимая проверка проектных решений;
• регулярное обследование плотины и оборудования;
• резервные каналы связи и электропитания;
• понятные планы оповещения и эвакуации;
• учения с участием муниципалитетов и жителей;
• публичная отчетность о выявленных дефектах и ремонтах.

Отдельное направление - кибербезопасность. Диспетчерские системы, удаленный мониторинг и автоматизированное управление создают удобство, но расширяют цифровую поверхность атаки.

Поэтому критические команды должны иметь дополнительные уровни подтверждения, автономные режимы и возможность безопасного перехода на ручное управление.

Для журналиста тема безопасности требует аккуратности. Нельзя публиковать детали, которые могут создать угрозу для объекта, но и замалчивать подтвержденные инциденты тоже неправильно.

Оптимальный формат - сообщать о факте, последствиях, работе аварийных служб и официальных мерах, не раскрывая чувствительные технические параметры.

Как меняется работа информационных агентств с гидроэнергетической повесткой

Речная энергетика стала темой, где одного пресс-релиза недостаточно. Запуск станции может сопровождаться заявлениями инвестора, региональных властей, экологических организаций, рыбаков, жителей и сетевой компании.

Каждая сторона описывает событие со своей позиции, поэтому задача редакции - собрать проверяемую картину, а не просто перепечатать самый громкий комментарий.

В сообщении о новой ГЭС желательно указывать тип станции, установленную мощность, ожидаемую годовую выработку, источник финансирования, сроки строительства и место в энергосистеме. Если объект влияет на водный режим, нужно добавить сведения о водохранилище, экологическом стоке, рыбозащитных мерах и переселении.

Когда часть данных еще не утверждена, это следует прямо обозначить.

Полезно отделять факт ввода от факта выхода на проектный режим. Торжественный запуск может означать завершение монтажа, подключение первого агрегата или начало комплексного опробования.

Полная проектная мощность иногда достигается позже, после испытаний и поэтапного ввода остальных блоков. Такая точность избавляет аудиторию от неверных ожиданий.

Сильный материал строится на сравнении. Например, новая станция может добавить в регион определенный объем мощности, но ее вклад следует сопоставить с пиковым спросом, возможностями сетей и сезонной выработкой.

Если электроэнергию планируют направлять конкретному промышленному потребителю, это тоже меняет оценку проекта.

Нужно внимательно обращаться со статистикой. Цифры по инвестициям могут приводиться в ценах разных лет, мощность - с учетом или без учета временно выведенных агрегатов, а выработка - как прогноз при среднем стоке.

В заметке полезно указывать источник и период, к которому относится показатель, даже если ссылка в публикации не используется.

Для агентского формата важна скорость, но скорость не должна превращаться в поверхностность. Короткая оперативная новость может сообщить факт запуска, а затем редакция выпускает расширенный материал с картой участников, экологическими последствиями и экономикой.

Такой двухэтапный подход позволяет не задерживать актуальную информацию и одновременно давать читателю контекст.

Речная энергетика постепенно превращается в межотраслевую тему. В ней пересекаются энергетика, транспорт, ЖКХ, сельское хозяйство, экология, цифровые технологии и региональное развитие. Поэтому будущее ГЭС определяется не одной турбиной и не одной плотиной.

Оно зависит от того, насколько точно проект умеет вписаться в живую реку, энергосистему и экономику территории.

Новые станции будут востребованы там, где они дают не только электроэнергию, но и управляемость, надежность и понятный общественный эффект.

На первый план выйдут модернизация существующих объектов, гибкая генерация, малые станции в локальных сетях, цифровой контроль и более строгий экологический мониторинг.

Одновременно возрастет цена ошибки: любой сбой или непрозрачное решение быстро становится региональной, а иногда и федеральной новостью.

Для информационных агентств это означает необходимость говорить о ГЭС точнее и глубже. Читателю важно знать не только, сколько мегаватт появилось, но и что изменится в реке, тарифах, занятости, безопасности и устойчивости энергоснабжения.

Именно такой объемный взгляд показывает настоящую трансформацию речной энергетики: отрасль уходит от строительства отдельных объектов и приходит к управлению сложными водно-энергетическими системами.

Об авторе

Першина Светлана

Редактор

Перейти на сайт Просмотреть все записи